Арт-око

Современное отечественное искусство снова вошло в моду на Западе Впервые о новой моде заговорили еще в прошлом году — на Венецианской Биеннале, одном из самых престижных в мире фестивалей современного искусства. Там было представлено сразу семь наших художников: трое в павильоне России, трое — на главной, тематической выставке биеннале и один — Олег Кулик — в павильоне Югославии, где он замещал серба. Но дело не только в представительности, но и в качестве самих работ. Успех на Венецианской художественной биеннале (в отличие от Венецианского кинофестиваля) измеряется не только наградами (их нашим в этот раз и не дали), но и общественным признанием. Так вот — признали. И не только новый проект Ильи Кабакова, который на Западе давно уже ходит в мэтрах, и не только Кулика, и без того исключительно известного, но и очень актуальную и интернациональную работу Сергея Шутова (на полу были расставлены три десятка роботов-манекенов, одетых в черные монашеские одежды и постоянно кланяющихся в молитве).

Этот бум продолжается. Российское участие в крупнейших мировых смотрах современного искусства стало практически обязательным. Другое дело, как относятся к нашим художникам. Ждут ли иллюстраций традиционных русских клише (медведь, икра, водка, матрешка) или же рассматривают как полноценных и равноправных участников мирового художественного процесса? Вот несколько примеров.

Париж

Здесь, в Городском музее современного искусства, работает выставка Peinture urgente („Срочная живопись"). Выставка отражает новый интерес к живописи, которая в последние годы была практически исключена из поля зрения актуальных художников. Этот новый интерес организаторы подтверждают примерами, взятыми из художественного опыта разных стран, в том числе Восточной Европы. Поэтому среди кураторов появился наш ведущий эксперт в области актуального искусства Виктор Мизиано (он и курирует восточноевропейскую часть проекта) , а среди трех десятков художников — Александр Виноградов и Владимир Дубосарский, московские живописцы, специализирующиеся на ироничных, псевдосоцреалистических картинах. Для выставки они написали огромную картину, изображающую импрессионистов в райском саду.

Выставка Peinture urgente — яркая демонстрация того, что современное искусство интернационально по своей сути. Что оно вполне может обойтись без сугубо национальных проблем и комплексов. Пригласив наших художников, кураторы подтвердили, что художественные процессы, происходящие в России, по крайней мере отвечают состоянию современного искусства во всем мире. И что на нас уже не смотрят как на „русское чудо“. Впрочем, есть пример и обратного.

Берлин

Представить публике наиболее радикальные художественные течения из России, рассказать об искусстве „поколения П“, выросшего без цензуры и государственной опеки, — такова цель выставки „Дaвaй-Davaj!“, проходящей сейчас в берлинском выставочном зале „Постфурамт“. Она наверняка будет названа в Германии одним из наиболее успешных проектов года. Художественно обшарпанные залы старинного берлинского почтового ведомства с утра до вечера полны публикой, практически все центральные газеты Германии посвятили выставке крупные и большей частью доброжелательные публикации.

Не говоря уже о профессиональной честности кураторов, с энтузиазмом первопроходцев объездивших пол-России, от Калининграда до Владивостока (впрочем, в своей работе они опирались на кураторов „на местах“).

45 художников, 9 городов, в общей сложности 29 проектов, которым уж в чем в чем, а в разнообразии отказать никак нельзя: от воплощенных в упаковочном картоне утопических архитектурных идей русских конструктивистов („Иконосы“ Валерия Кошлякова) до фотографий обезьяньих чучел („Мертвые обезьяны“ Олега Кулика), от монументальной живописи (опять Виноградов и Дубосарский) до псевдокабаковской „тотальной инсталляции“ под названием „Музей русского супермена Ивана Жабы“ (Александр Шабуров). И еще видео, для демонстрации которого в фойе соорудили специальный пантеон. Самым программным оказался фильм Максима Веревкина „Прометей“: неаппетитно голый художник бежит по заснеженному Ижевску с горящим валенком на голове.

Кураторы (в данном случае — иностранцы) отобрали такое искусство, которое демонстрирует просвещенной западной публике (после Берлина выставка отправится в Вену) вполне „чернушный“ образ России. Надо думать, что такой образ все еще имеет спрос на Западе. Важно и то, что в среде самих наших художников по-прежнему сильна перестроечная потребность выступать именно командой, волоча за собой хвост тех самых русских клише и фольклористски окрашенного китча. Однако подобная спекуляция на национальных отличиях очень часто — как и в случае с выставкой „Дaвaй-Davaj!“ — свидетельствует о невключенности в общемировой художественный процесс. Кроме того, в командном зачете нам приходится конкурировать с другими национальными десантами, скажем, африканцами или китайцами, и эту конкуренцию мы не всегда выдерживаем — мода на китайское искусство пару лет назад по своим размахам превосходила нынешнюю моду на российское.

Однако возможен и другой вариант такой командной игры.

Сан-Паулу

В конце марта здесь откроется биеннале современного искусства, может, не столь престижная, как в Венеции, но тоже одна из самых крупных в мире. Задача нынешней биеннале — представить художников из 12 городов мира, не просто городов, а центров современного искусства. Среди них нет, например, Парижа — это провокационный жест кураторов, которые сочли, что в Париже музейное и салонное искусство окончательно задавило арт-эксперименты. Но зато есть Нью-Йорк, Лондон, Каракас, Йоханнесбург, Стамбул, Берлин, Токио, Сидней, Пекин и Сан-Паулу. Есть и Москва — и это беспрецедентное по значимости событие. „Двенадцатый город“ также связан с Россией — это утопия, которую художники из разных стран будут воссоздавать по мотивам „Башни“ Владимира Татлина.

Куратор московской части биеннале — вновь Виктор Мизиано. Для выставки он отобрал работы художников, представляющих весь спектр нашего актуального искусства, — Валерия Кошлякова, Бориса Михайлова, Анатолия Осмоловского, Дмитрия Гутова и опять же Виноградова и Дубосарского. Они изобразят Москву: Виноградов и Дубосарский напишут гигантское 20-метровое полотно, Кошляков построит московские дома из бетонокартона, а Гутов покажет видеофильм о поездке по городу. Кроме того, в рамках биеннале пройдет выставка Сергея Браткова (куратор Иосиф Бакштейн) — это первое за всю историю официальное, то есть под эгидой нашего государства (в данном случае музейно-выставочного центра Росизо), участие России в сан-паулуском смотре.

Естественно, рано говорить о том, сколь успешными или неуспешными окажутся наши художники в Сан-Паулу. Пока можно лишь радоваться тому, что нас приняли в сообщество передовых с точки зрения современного искусства стран. И тому, что мода на Россию продолжается. Впереди две крупные и очень важные выставки (они откроются в начале лета) — „Манифеста“ во Франкфурте и „Документа“ в Касселе. Судя по всему, и на них должно быть много наших.

Анастасия Буцко, Николай Молок
Известия (Москва), 11.02.2002 — 024м.- C.8